Учатся ли птицы петь?

Учатся ли птицы петь? А если учатся, когда именно и кто их учителя? Эти вопросыПтица давно занимали умы ученых. Чтобы ответить на них, решили помещать птенцов в специальные камеры и выращивать там: птенцы не должны были слышать песни своих сородичей. Этот метод воспитания животных в изоляции был назван «методом Каспара Хаузера», по имени мальчика, который жил в Нюрнберге в двадцатых годах прошлого века. До шестнадцати лет он ни разу не видел людей и жил в камере, куда приносили ему пищу, пока он спал. Каспар Хаузер стал главным героем романа немецкого писателя Я. Вассермана под тем же названием.

Эксперименты, во время которых птенцы росли в камерах или в комнатах, показали: певчие птицы не смогут по-настоящему петь, не пройдя необходимого курса обучения. Но нет правил без исключений. У некоторых овсянок, у пеночек-трещоток песни коротки, а повторяются в них более или менее однородные звуки. Эти птицы, даже живя в изоляции, поют почти как их сверстники, воспитанные родителями.

Зато у зябликов дело обстоит хуже. Свою песню зяблик исполняет две-три секунды. А состоит она из трех строф. «Фью-фью-фью-ля-ля-ля-ди-ди-ди», - поет зяблик и заканчивает песню «росчерком»: «ви-чиу». Репертуар его не слишком обширен, но и не очень мал: у него может быть шесть вариантов песни, отличающихся деталями. Но вот из гнезда берут птенца, которому два-три дня, и изолируют его от родителей и от братьев с сестрами. Вырастет такой зяблик, запоет весной, а серенада его совсем проста и далека от образца - песни, которую положено петь всем зябликам. Длится она примерно столько, сколько и надо, да и звуки ее приблизительно такие, какие и должны быть. Однако песня такого зяблика не разделена на строфы, нет и в помине в ней «росчерка». Ситуация немного улучшится, если вместе будут расти несколько птенцов. Их весенние песни уже ближе к образцу: в них существуют строфы, но звуки по-прежнему отличаются от нормальных.

Коноплянки оказываются в еще худшем положении. Не смогут они учиться, станут петь очень простенькие песенки, которые мало чем похожи на песни соплеменников, имевших учителей.

А скворцы и сорокопуты-жуланы, которые с детства живут в полном одиночестве, и вовсе не в состоянии исполнять весной положенную песню. Став совершенно взрослыми, они продолжают издавать звуки, как птенцы, вылетевшие из гнезда и начинающие пробовать голос.

Способность петь - не дар природы

Птичьи диалекты