Cколько всего «слов» у животных?

Cколько всего «слов» говорят лисицы, обезьяны, другие животные? Подсчет звуков, издаваемых птицами и зверями, начали вести давно. «Книга о гусиной речи», в которой подробно рассматривалось значение разных криков гусей, была написана во Франции в XVII веке. В 1800 году немецкий натуралист Ветцель составил словари языков собаки, кошки и курицы. А в 1807 году у Дюпона де Немура, о котором так нелестно отозвался П. Флуранс, был готов словарь ворон — труд, стоивший ему, как он сам признавался, «двух зим и неприятности от большого озябания рук и ног». Гораздо позже, в 1899 году, вышла книга американца Р. Гарнера «Язык обезьян».

Надо отдать должное энтузиазму натуралистов прошлых веков. Но каковы более объективные современные данные? Сколько же «слов» говорят различные животные? Среди всех живых существ, обитающих на Земле, насекомые занимают первое место по числу видов. А вся эта огромная армия пользуется всего-навсего тринадцатью звуковыми сигналами. Самые разговорчивые среди насекомых — пчелы: в их словаре 11 звуков.

Насекомым на «разговоры» отведено не очень много времени. Почти всю жизнь проводят они в молчании, лишь некоторые издают в детстве звуки. Однако их единицы, а остальные — кто больше, кто меньше, но молчат. Прежде чем запоют признанные певцы — цикады, идет месяц за месяцем. Одна из наших цикад ждет своего часа два года, другая — четыре. Но рекорд установила жительница Северной Америки. Семнадцать лет проводит под землей личинка этой цикады. Попоет потом немного певец — и был таков.

Среди рыб первое место по неразговорчивости занимают сельди, верховки, хамса и плотва. У прудовой лягушки шесть криков, а у лягушки-быка — семь.

Словари птиц различны. Кулик кроншнеп-малютка обходится тремя криками, двумя видами трелей и одной песней. Входят в его репертуар и хлопки, которые образуются при работе перьев крыльев и хвоста. У самой мелкой из наших чаек — малой чайки — тринадцать криков. Столько же криков у снегиря. Но у него есть еще три разные песни.

Канареечный вьюрок живет у нас в юго-западных частях страны. Эта зеленовато-желтая птичка похожа на чижа, и мало кто ее знает. Зато канареечный вьюрок с Канарских островов знаменит, как раз он — родоначальник комнатной канарейки. Песня его приятна, но беднее, чем у домашних собратьев, и не такая звучная. Канареечный вьюрок не ограничивает себя пением. В его словарь входят и восемнадцать криков. Щегол немного опередил вьюрка: на один крик больше, а песен у него три.

Полный словарь чижа — двадцать девять звуковых сигналов, у коноплянки их сорок два. Синицы оставляют далеко позади себя коноплянок: у них девяносто сигналов. Но синицам, в свою очередь, не угнаться за грачами. У грачей — сто двадцать криков. Однако первое место, во всяком случае пока, занимают серые вороны. Воронье карканье на редкость выразительно. Услышав «квар», можно не сомневаться: кричит холостяк. А раздастся часто повторяемое «ак» — это уже крик ревности. «Курра» означает: данная территория занята. Чтобы объявить тревогу, вороны используют крики, которые относятся больше чем к десяти группам сигналов. Всего же у этих птиц триста с лишним криков.

Среди высших зверей самые молчаливые — ящеры, броненосцы, жирафы и близкие родственники жирафов — окапи, у которых шея вполне обычная, а белые ноги исчерчены темными продольными полосками. Неразговорчивы первозвери — утконосы и ехидны. Домашние ослы издают лишь три крика. А вот другие домашние животные — не то, что ослы — «поговорить» любят. Собаки при общении с человеком предпочитают язык звуков. Но используют они только часть сигналов ближайших сородичей — волков, и эти сигналы не предназначены для передачи информации на далекие расстояния.

Кабаны издают всякие звуки, однако, общаясь между собой, они узнают необходимое главным образом по особым движениям друг друга. А свиньи, выращиваемые человеком, полагаются в основном на звуки. Их словарь — двадцать три крика. Кошки, мурлыкающие на коленях у сзоих хозяев, и гуси на птичьих дворах тоже более разговорчивы, чем их родственники, живущие на воле. Однако звуковые сигналы домашних животных гораздо проще.

Стихия бутылконосых дельфинов — океан, а они вовсе не молчуны: мяукают, вскрикивают, повизгивают. Если бутылконосый дельфин начнет преследовать другого дельфина, донесутся звуки, напоминающие заливистое тявканье собаки. Отстанет от дельфина плывущая за ним самка, за которой он ухаживает, — раздастся лай. Дельфин перестанет лаять лишь тогда, когда самка его догонит. А дельфины афалины свистят на все лады. У них тридцать один вид свиста. Звуки, издаваемые афалинами, разнообразны. Сейчас выделено одиннадцать групп сигналов, а в каждой группе от одной до девяти подгрупп. Но хотя расшифровка языка дельфинов признана настолько важной проблемой, что она отнесена к тем двадцати проблемам, которые должны быть решены к 2000 году, словарь языка дельфинов еще не составлен.

О чем говорят пищухи, узнать несравненно проще. Правда, и на это ушло несколько лет, но цель достигнута. Словарь пищух — одиннадцать звуков. Летучие мыши бурые ночницы пользуются десятью сигналами, у африканской ласки их девять. А другие жители Африки — сенегальские галаго — с крупными ушами, которые с восходом солнца эти полуобезьяны свертывают, чтобы не слышать шума, — сообщают соплеменникам все, что нужно, восемнадцатью криками. У павианов гамадрилов не меньше сорока звуковых сигналов. У наших больших песчанок двадцать один крик, у бурундуков двадцать три, а у маленьких рыжих, как лисички, «мышей» — орешниковых сонь — семь криков. У койотов — около тридцати, у лисиц — тридцать шесть звуковых сигналов.