Рыбы не немы

В 1942 году на Атлантическом побережье США, у входа в Чесапикский залив, от которого рукой подать до Вашингтона, были установлены гидрофоны. Эти приборы, изобретенные в первую мировую войну и к сороковым годам уже достаточно усовершенствованные, предназначены для улавливания звуков в воде. В Чесапикском заливе гидрофоны должны были «нащупывать» шумы, производимые винтами фашистских подводных лодок, и предупреждать о приближении врага. Однако ожидаемых, хорошо известных шумов в районе, который находился под строгим наблюдением, слышно не было. Зато в один из весенних дней, когда солнце давным-давно зашло, приборы уловили какие-то непонятные звуки. Напоминали они то ли удары отбойных молотков, то ли тресд огромного количества дрелей. Была объявлена тревога, но враг не появился. На следующий день все повторилось. Опять объявили тревогу - и снова никаких подводных лодок.

Что же это за звуки? Отгадка привела в изумление многих. Виновниками происходящего оказались рыбы. В Чесапикский залив приплыли квакуны - рыбы-барабанщики, собралось их там около четырехсот миллионов. Когда нескольких квакунов поймали, посадили в аквариум и записали их звуки, а потом сравнили записи со звуками, зарегистрированными гидрофонами, сомневаться не пришлось: в заливе «пели» рыбы.

Другие звуки - шумы, которые возникают при движении косяков рыб, как выяснилось после войны, были хорошо известны японцам: они их имитировали, запуская «живые» торпеды для взрывов американских кораблей в атолле Улити, входящем в Каролинские острова. Американцы долго не могли понять, почему гибнут корабли, пока случайно не обнаружили невзорвавшуюся торпеду с погибшим японским майором. А что японцы действительно использовали шумы, производимые плывущими рыбами, стало окончательно ясно, когда у американцев в качестве трофея оказался японский фильм о звуках моря и о способах их воспроизведения.

Никто не вспомнил ни о наблюдениях древнегреческих ученых, ни о сведениях, собранных за века рыбаками, знавшими, что рыбы не немы. Никто не вспомнил даже о предвоенных исследованиях. Сообщение, что рыбы издают звуки, стало сенсацией.

Но отчего люди, чтобы поверить в «разговоры» рыб, должны были ждать, когда появятся гидрофоны?

Вода по плотности превосходит воздух больше чем в семье половиной тысяч раз. Звук распространяется в ней со скоростью тысяча четыреста сорок метров в секунду, в четыре с половиной раза быстрее, чем в воздухе. Снижается температура воды, становится меньше и скорость звука. Но растет глубина - давление воды повышается, и скорость звука увеличивается.

В Атлантическом океане был проделан эксперимент: на глубине взорвали заряды тринитротолуола весом полтора килограмма. И приборы, находившиеся на расстоянии четырех с половиной тысяч километров, на Бермудских островах, зарегистрировали взрыв. В поле такой взрыв можно услышать в четырех километрах от места испытания, в лесу - максимум в двухстах метрах. Это второе достоинство воды: звуковые волны поглощаются в ней в сотни раз меньше, чем в воздухе. Однако преимуществами, выигрышными для водных обитателей, пользуются лишь они. Для остальных этих преимуществ не существует.

Граница между водой и воздухом, плотность которых сильно различается, для звука - огромная преграда. Вода скрывает рожденные в ней звуки. При переходе в воздух давление звуковых волн уменьшается во много раз. Вот почему мы практически не можем слышать звуки, возникающие в воде.