Чем поют птицы?

Высоко в небе две точки. Точки становятся больше, и вот уже слышны приятные крики: «крук-крук-крук». ЭтоПтица вороны. Они летят к лесу и, наконец, исчезают в нем. Войдешь в лес, тихо. И вдруг: «гээ-гээ-гээ...» - какой-то хриплый вопль. Вздрогнешь от неожиданности, и смешно станет: сойки испугалась. Как странно все устроено. Птица красавица, и такой крик. Забудешь про сойку, пойдешь дальше - и тут в черемухе раздастся: «че-че-ви-ца». Приглядишься и увидишь: темно-красная птичка сидит на ветке и, раздувая горлышко, высвистывает свое имя.

Поразительно неодинаковы и птичьи крики и птичьи песни. У одних простенькие мелодии, другие выводят сверхзамысловатые, третьи то замяукают, как кошка, то затарахтят, как трактор, а четвертые без всяких усилий произносят человеческие слова да так чисто, что люди, не видя говорящих, а только слыша их, и не подозревают, что это птицы.

Много было всяких предположений по поводу того, где рождаются звуки у птиц. Но в 1686 году французский ученый Д. Вернэ, придя на заседание Парижской академии с живым петухом, без лишних слов проделал серию опытов и доказал почтенной публике, что главный звуковой аппарат птиц - сиринкс, нижняя гортань. Расположена она на границе между дыхательной трубкой, трахеей, и бронхами и представляет собой своеобразную камеру. В ней находятся наружные голосовые перепонки - тонкие слизистые мембраны, внутренние голосовые перепонки и голосовые губы - эластичные утолщения. А место, где внутренние стенки бронхов соединяются, окантовано небольшим хрящом - козелком. Над ним возвышается полулунная складка. Козелок и полулунная складка разделяют голосовые щели. У птиц голосовая щель образуется в каждом бронхе, и в каждом бронхе свой источник звука. Причем эти два модулятора совершенно не зависят друг от друга, что дает певцам огромное преимущество: они могут сразу брать две разные ноты.

Так устроен сиринкс у воробьиных птиц, у зимородков, кукушек, удодов. Даже у уток два источника звука. Каролинская утка, когда согревает птенцов или когда приходит время им покинуть гнездо, кричит, издавая одновременно два разных звука. И крики кряквы, мускусной утки, мандаринки состоят из неодинаковых звуков.

Два модулятора не предел птичьих мечтаний. У попугаев их целых четыре. Работают они также сами по себе. Вот почему некоторые попугаи могут с необыкновенной точностью имитировать речь человека. Но говорить по-человечески попугаям помогают не только независимо действующие модуляторы. Мягкие полости и впадины в дыхательной системе служат резонаторами. Предельно загружена у попугаев полулунная складка. Обычное её назначение - быть смесителем звуков. У попугаев у нее к этой работе прибавляется другая: выступать в роли язычка духовых инструментов. Верхней гортани и той нашлось дело у попугаев. Эта овальная подушечка с продольной щелью, которую мышцы суживают и расширяют, закрывают и открывают, действует подобно «старт - стоп модулятору».

Легко предположить: чем сложнее у птицы песня, тем сложнее должны быть движения различных частей ее нижней гортани. И действительно, у черноголовой славки, горихвостки, соловья и прочих певчих воробьиных птиц от семи до девяти особых, голосовых мышц, которые работают самостоятельно. А у зябликов и канареек получается так, что в левой половине сиринкса рождаются свисты, а в правой - треск, шипение, стук.

У птиц, вокальные способности которых оставляют желать лучшего, мышц гораздо меньше, чем у воробьиных. У колибри и у некоторых тирановых птиц, живущих в Америке и похожих своими повадками на наших мухоловок, их две пары. А кулики, кукушки, совы, рябчики и близкие родственники рябчиков обходятся одной парой голосовых мышц. У аистов, казуаров, киви их вообще нет. Но птицы, у которых слабо развиты мышцы сиринкса, нашли выход. Чтобы спасти положение, они, когда издают звуки, вытягивают шею вперед и вверх, опускают голову назад. И поскольку изменяется положение трахеи и бронхов, становятся другими форма и размеры голосовых щелей.