Вопрос жизни и смерти

Детеныши многих зверей кричат вначале с одной-единственной целью: подозвать родителей. Покинутый ежонок щебечет. Бельчата тихонько свистят, а землеройки пищат. Пищат и совсем маленькие волчата, когда волчица уходит. Писк этот слышен в двадцати, даже в тридцати метрах от норы. Но прорежутся глаза, откроются уши у волчат, они уже помалкивают, когда волчица их оставляет. Пищат и скрипят ленивцы - детеныши очень медлительных зверей, которые всю свою жизнь проводят на деревьях и висят всегда спиной вниз. Мать отзывается не на каждый звук малыша. Если он будет на полтона ниже или выше нужного, она спокойно занимается своими делами.

Однако как бы ни были образованы малыши, знаниями, полученными по наследству, не обойдешься. Многие из этих знаний нуждаются в конкретизации. Вот и выходит: приступать к учебе детенышам нужно рано. Первое, что должны они научиться делать, - узнавать своих родителей. У всех на это уходит разное время. Ягнята каракульской овцы находят по голосу мать через неделю после рождения. Детеныши ушастых тюленей - сивучей - определяют точно, что их зовет собственная мать, а не чужая тетя, прожив месяц. А птенцы кайры не спутают родительский голос с голосами близко сидящих на гнездах других кайр еще за три-четыре дня до появления на свет. Если, когда они родятся, дать им прослушать запись криков матери и посторонней птицы, птенцы уверенно пойдут туда, где звучат крики, которые они слышали, находясь в яйце.

У диких уток крики, адресованные утятам в яйцах, не похожи. Одна утка издает одиночные звуки с интервалами примерно в секунду, у другой они образуют группы из трех звуков, а еще у одной число звуков в группе варьирует. И по этим различиям утенок, видимо, отличает свою мать от остальных. Вполне вероятно, что утята-самки, которые находятся в яйце, запоминают звуки матери надолго. Станут сами они выводить птенцов - будут крякать, как их мать.

До своего появления на свет запоминают голоса родителей птенцы гагарки, канадской казарки, кулика-сороки, чайки. И хотя говорят, что яйца курицу не учат, на самом деле это не совсем так. Звуки птенцов влияют на поведение родителей. Услышав их, чайка начинает смотреть вниз, то вставать, то садиться, она перекатывает яйца, кричит в ответ. Из яиц доносятся и голоса птенцов сипухи. А выберутся оттуда малыши - им уже готов обед.

Чайки, тетерки все время поддерживают связь со своими детьми. Раздастся предостерегающий крик матери - тетеревята или птенцы чайки, которые должны вот-вот выбраться из яиц, затаиваются в них и перестают двигаться.

Дикие утки, сидящие в гнезде уже третью неделю, услышав звуки птенцов, откликаются лишь иногда. Но настанет четвертая неделя - крики уток звучат чаще. За два дня до вылупления утят мать крякает четыре раза в минуту, пройдут сутки, начнут малыши наклевывать скорлупу - кричит она уже десять - пятнадцать раз в минуту. Из скорлупы утенок выбирается около часа. Приступит он к окончательному освобождению от нее - утка крякает каждую секунду.

Птенцы общаются не только с родителями. Переговариваются они и со своими братьями и сестрами. Правда, в это время разговоры ведутся всего на одну тему и выглядят примерно так:

-    Пора бы выбираться из этих яиц. Как ты считаешь?

-    Я еще вроде не готов.

-    А ты поторопись.

Подгоняя друг друга, птенцы виргинской куропатки, японского перепела, гусята появляются на свет дружно, им хватает примерно часа. И тогда сестры и братья, которые знали друг друга по голосам заочно, знакомятся лично.

Знакомство птенцов очень красивой утки - мандаринки - с матерью происходит при несколько эксцентричных обстоятельствах. Мандаринка выводит птенцов в дупле. Выполнив свою миссию, она оставляет гнездо и начинает невдалеке летать. Пушистые утята появляются у отверстия дупла по очереди, и каждый, посмотрев по сторонам, без тени страха прыгает с шестиметровой высоты вниз. А у берега уже плавает мандаринка, подзывая их тихим покрякиванием. Утята бегут к воде. С этого момента, пока не подрастут, они будут следовать за уткой неотступно.

Привязанность к матери у птенцов, которые совсем маленькими способны бегать за родителями, развивается необыкновенно быстро. Малыши мандаринок и других уток успевают усвоить, кто их мать, за первые десять - пятнадцать часов. Выучить такой урок им нетрудно. Они слышали крики матери, пока находились в яйцах. Они слышали ее крики и когда еще сидели в гнезде. Чем больше утенку приходится затрачивать усилий на то, чтобы следовать за уткой, тем сильнее он привязывается к ней. Быть все время возле матери малышу совсем не просто. Перестаравшись, он может даже пострадать: утка случайно наступит на него или прижмет. Но именно это «наказание», как ни странно, и помогает утенку лучше усвоить урок.

Запоминают, за кем они должны ходить, детеныши антилоп, лосята. А детеныши белобрюхой белозубки образуют целый караван. Пять, а то и десять малышей выстраиваются в цепочку. Прежде чем она появится, каждый детеныш хватает брата или сестру за что придется. Несколько секунд - и ошибки исправлены. Теперь каждый держит зубками хвост впереди идущего, а самый первый прилепляется к матери. Словно какое-то необычное существо, у которого множество ног, передвигается караван. Темп его движения зависит от того, быстры или медленны шаги матери. Если повезет, можно увидеть караваны и других землероек. Детеныши домовой многозубки, образуя цепочку, непременно чирикают. И чириканье это напоминает звуки, которые издает взрослая многозубка, когда за ней ухаживает самец.

Малыши землероек бегают караваном уже через две недели со дня своего рождения. У медвежат привязанность к матери возникает в три месяца, когда выходят они из берлоги. Чтобы образ матери впечатался в память, верблюжонку требуются всего сутки, у морских свинок срок более растянутый - до двух недель. Переучить потом детенышей практически невозможно, да в этом нет и необходимости. Ведь смысл самой ранней учебы: детенышу нужно как можно быстрее запомнить мать, от которой он не должен отставать. Это для него вопрос жизни и смерти.